Блог Ивана Новоселова
Как мыслит человек без образования: конкретное мышление, логика опыта и границы познания
КАК УСТРОЕНО МЫШЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ НЕ ХОДИЛ В ШКОЛУ
В чём главное отличие
Если человек не проходил школьного обучения, его мышление строится иначе, чем у человека, освоившего чтение, письмо и абстрактные дисциплины. Это не значит, что он глупее или сообразительнее — это значит, что его познавательный аппарат работает по другим правилам. И эти правила очень строгие, хотя он сам их часто не формулирует вслух.
Главная особенность такого мышления: человек говорит только о том, что видел своими глазами, пережил лично, проверил на деле. Всё, что выходит за пределы его собственного опыта, для него как бы не существует — или, по крайней мере, он не считает себя вправе это обсуждать. Это не слабость ума, это принципиальная позиция: не лгать, не додумывать, не придумывать того, чего не было в его жизни.
Как конкретно это проявляется: две задачи, два ответа
Представьте себе простую игру. Человеку показывают четыре картинки: пила, топор, лопата и бревно. Просят убрать одну лишнюю, а остальные назвать одним словом.
Человек, который учился в школе, сразу скажет: пила, топор и лопата — это инструменты, а бревно лишнее. Всё просто: он объединяет предметы по общему признаку «орудие труда», отвлекаясь от того, для чего они конкретно используются.
Но человек без школьного образования рассуждает совершенно по-другому. Он говорит: пилой можно распилить бревно, топором можно разрубить бревно, значит пила, топор и бревно идут вместе — они связаны одной работой. А лопата здесь ни при чём, потому что лопатой бревно не обработаешь. И он выбрасывает лопату.
Что здесь произошло? Первый человек мыслил категориями: выделил общий класс предметов. Второй мыслил конкретной ситуацией: он не отделял инструменты от того материала, с которым они работают. Для него предметы имеют смысл только в действии, в практической связке. Он не поднимается до отвлечённого понятия «инструмент» — он остаётся внутри живого опыта обращения с этими вещами.
Это и есть первая и главная черта: мышление привязано к конкретному действию. Каждое понятие проверяется через то, можно ли его потрогать, использовать, увидеть в работе.
Главный эксперимент: про хлопок, про медведей и про отказ отвечать
Теперь более сложная задача. Человеку говорят: «Там, где тепло и влажно, хорошо растёт хлопок. А около хижины одного старика тепло и влажно. Растёт ли там хлопок?»
Человек отвечает: «Да, конечно. Если там такие условия, значит надо старику сказать: сажай хлопок, он будет расти». Здесь всё гладко, логика работает.
А теперь другая задача. Человеку говорят: «На севере, где вечные снега, все медведи белые. А хижина одного старика находится на севере. Белые ли медведи около этой хижины?»
И тут происходит полная остановка. Человек не отвечает «да» и не отвечает «нет». Он говорит: «Я не знаю. Спросите того старика — он там был, он знает. А я там не был, я не видел, поэтому я не буду лгать».
Экспериментатор настаивает, переспрашивает, объясняет, напоминает первую часть задачи. Человек всё равно отказывается. В конце концов он произносит одну фразу: «Мы чего не видим, того не говорим».
Вот здесь и кроется ключ ко всей истории. Дело не в том, что человек не умеет рассуждать. Он отлично умеет рассуждать, когда речь идёт о хлопке и о том, что он знает из личного опыта. Но как только задача касается того, чего он не видел — северных медведей, снегов, чужих земель — он наотрез отказывается строить вывод. Потому что для него строить вывод о том, чего ты не наблюдал, — это ложь. Это придумывание того, чего нет. Это нарушение внутреннего закона честности.
В чём глубокий смысл этого отказа
Этот отказ не глупость. Это строгое правило, которое человек установил для своего познания: говори только о том, что проверил сам. Он не хочет ошибиться, он не хочет попасть впросак, он не хочет выдавать чужие слова за свои знания. Для него знание — это всегда личное свидетельство. Если я не видел — я не знаю. А если не знаю — не имею права утверждать.
И здесь мы сталкиваемся с удивительным фактом: такой человек практически никогда не ошибается в том, о чём говорит. Потому что он говорит только о том, в чём убедился на сто процентов. Его мышление защищено от заблуждений, потому что оно не выходит за пределы подтверждённого факта.
Но у этой системы есть и оборотная сторона: она очень узкая. Она не позволяет охватить мыслью большие пространства, далёкие страны, абстрактные закономерности. Человек знает своё поле, свою работу, своих соседей — но он не может построить теорию о том, как устроен мир в целом. Он не может предсказывать события, которые не встречал в своей жизни.
Два вида достоверности: факт и понятие
Чтобы понять эту разницу до конца, нужно различать два вида правды, которыми человек может пользоваться.
Первый вид — это правда факта. «Я видел это своими глазами», «я сам это делал», «я там был и могу подтвердить». Это надёжно, потому что основано на личном опыте. Это эмпирическая достоверность, то есть достоверность, полученная через наблюдение и практику. На ней строится мышление человека без школы. Он может сказать: «Здесь растёт хлопок, я сам видел» или «Зимой здесь холодно, я каждую зиму мёрзну». Это его территория — точная, проверенная, безошибочная.
Второй вид — это правда понятия. «Все люди смертны», «на севере холодно», «если А больше Б, а Б больше В, то А больше В». Это утверждения, которые не требуют, чтобы я лично проверил каждый случай. Они основаны на логике, на правилах, на обобщениях. Я не видел всех людей на свете, но я знаю, что все они смертны. Я не был на севере, но я знаю, что там холодно. Это абстрактная достоверность, она расширяет границы нашего знания до невероятных размеров. На ней строится наука, планирование, прогнозы.
Человек без школы живёт внутри первого типа. Он честен, точен, не ошибается — но он ограничен своим кругозором. Человек с образованием живёт внутри второго типа. Он может охватывать огромные области знания, но он рискует оторваться от реальности и начать говорить о том, чего не понимает по-настоящему.
Пример из детской сказки
Чтобы стало совсем ясно, можно вспомнить очень простой пример. Представьте, что девочка учит мальчика арифметике. Она говорит: «Предположим, у тебя есть три яблока. Два яблока ты отдал другу. Сколько у тебя осталось?»
А мальчик отвечает: «Я никому не отдам свои яблоки. Зачем мне предполагать, что я их отдал? Это бессмысленно». Он отказывается решать задачу.
Что здесь происходит? Мальчик мыслит как человек, который не привык к отвлечённым допущениям. Для него «предположим» — это пустая игра. Он не может отделить мыслимую ситуацию от реальной. Если яблоки есть — они есть. Если их отдать — это произойдёт на самом деле. А если я не собираюсь их отдавать, то и думать об этом незачем.
Для того чтобы решить такую задачу, нужно принять условность: «Я знаю, что я не отдам яблоки, но сейчас я делаю вид, что отдал, и считаю по правилам». Это и есть абстрактное мышление. Оно требует готовности оторваться от факта и поработать с чистой логикой. И именно этот переход для многих людей без школьного образования оказывается невозможным — не потому, что они глупые, а потому что они не признают за собой права на эту игру. Для них «предположим» звучит как «солги».
Как выглядит граница мышления
Теперь мы можем ясно сформулировать главный вывод.
У любого мышления — и у конкретного, и у абстрактного — есть свои границы. Человек, который мыслит только через личный опыт, не может рассуждать о том, чего не видел. И он правильно делает, что признаёт это. Его граница — это предел его биографии.
Человек, который мыслит через понятия, может рассуждать о чём угодно — о звёздах, о других странах, о будущем, о законах природы. Но и у него есть граница. Он может рассуждать только о том, о чём у него есть понятие. Если у него нет понятия о предмете, он тоже не должен браться за его обсуждение.
Здесь кроется самая частая ошибка современных людей. Мы очень часто рассуждаем о том, о чём не имеем ни малейшего понятия. Мы обсуждаем медицину, не зная анатомии. Мы судим об экономике, не понимая финансов. Мы критикуем профессионалов, ни дня не проработав в их сфере. И это именно то, что запрещает себе неграмотный человек: он не говорит о том, чего не знает. А мы, получившие образование, позволяем себе это сплошь и рядом.
В этом смысле мышление без школы оказывается честнее. Оно не притворяется, что знает больше, чем знает на самом деле.
Что даёт школа на самом деле
Школа даёт не просто факты. Она даёт способность выходить за пределы своего опыта. Она учит человека рассуждать о вещах, которых он никогда не видел, но которые существуют или могут существовать. Она учит его оперировать абстракциями, строить цепочки рассуждений, делать выводы из посылок, которые не подтверждены личным наблюдением.
Это не ложь, как боится человек, не ходивший в школу. Это особый инструмент — логическая достоверность, правда понятий. Она позволяет строить карты невиданных земель, планировать будущее, создавать технику, лечить болезни, предсказывать погоду. Без этого инструмента человечество осталось бы в пределах своих пещер и полей.
Но этот инструмент требует ответственного обращения. Им нельзя пользоваться как игрушкой. Если я рассуждаю о том, чего не видел, я обязан проверить свои понятия. Я обязан убедиться, что мои логические построения не противоречат друг другу, что они согласованы с известными мне фактами, что я не выдаю желаемое за действительное.
И здесь опыт неграмотного человека становится для нас предостережением. Он говорит нам: «Не отрывайся от земли слишком сильно». Он напоминает нам, что за каждым понятием должна стоять реальность. Если ты говоришь о белых медведях на севере, будь готов объяснить, откуда ты это знаешь. Если не готов — лучше промолчи.
Главный закон зрелого мышления
Теперь мы можем сформулировать закон, который объединяет оба типа мышления.
Рассуждать можно только о том, о чём у тебя есть понятие. Если у тебя нет понятия, ты не имеешь права строить суждение.
Это звучит просто, но это очень строгое требование. Оно значит, что перед тем, как высказываться, нужно проверить: а понимаю ли я вообще, о чём говорю? Есть ли у меня собственное знание по этому вопросу? Или я повторяю чужие слова, не вникая в их смысл?
Человек без образования интуитивно соблюдает этот закон. Он не говорит о медведях, потому что не видел их и не имеет о них понятия. Он честен перед собой.
Человек с образованием часто нарушает этот закон. Он говорит о сложных вещах, не имея о них ясного представления. Он считает, что раз он учился в школе, он имеет право на любое мнение. Это ошибка.
Настоящее мышление требует от нас признавать границы своего понимания. Не делать вид, что мы знаем всё. Не стесняться сказать: «Здесь я не разбираюсь». И при этом не бояться строить абстрактные модели там, где у нас есть для этого достаточные основания.
Почему воображение не противоречит честности
Может возникнуть вопрос: как же тогда быть с воображением? Если я не видел север, как я могу о нём думать? Если я не был в других странах, как я могу их описывать?
Ответ такой: воображение не противоречит честности, если оно опирается на правильно построенные понятия. Человек может никогда не выезжать из своего города, но, изучая карты, описания, логику климата, он может составить себе точное представление о далёких землях. Он не видел их глазами, но он собрал о них знание через чужие свидетельства, через географические закономерности, через связные рассуждения.
Это и есть та граница, о которой мы говорили: не надо видеть всё своими глазами, но надо иметь понятие. Понятие строится не только на личном наблюдении, но и на логике, на согласовании фактов, на понимании причин и следствий. Если мои рассуждения о белых медведях опираются на знание того, что в Арктике холодно, что медведи там живут, что их шерсть адаптирована к снегу — это уже не ложь. Это знание, добытое через понятия.
Но если я просто повторяю фразу «на севере белые медведи» и не могу объяснить, почему это так, и не интересуюсь этим — тогда моё знание пустое. Тогда я действительно говорю о том, чего не понимаю.
Два типа мышления как два союзника
В конечном счёте мы приходим к простому, но важному выводу.
Первый тип мышления — это мышление через личный опыт. Оно даёт человеку точность, надёжность, верность фактам. Он не ошибается, потому что не выходит за пределы проверенного. Но он ограничен, он не может понять того, что лежит за горизонтом его жизни.
Второй тип мышления — это мышление через понятия. Оно даёт человеку широту, способность охватывать огромные области знания, строить прогнозы и теории. Но оно рискованное, потому что легко отрывается от реальности, превращается в пустые разговоры, если не контролировать себя.
Идеальное мышление — это когда оба типа работают вместе. Когда человек умеет опираться на личный опыт, но при этом способен выходить за его пределы с помощью чётких понятий. Когда он говорит о том, что понимает, и молчит о том, чего не понимает. Когда он не врёт себе и другим, выдавая мнение за знание.
Человек без школы напоминает нам о ценности честности перед фактом. Человек с образованием напоминает нам о силе отвлечённой мысли. А настоящая мудрость — это не выбирать одно и отвергать другое, а удерживать их вместе, помня о границах каждого.
Простое правило для жизни
Вот правило, которое вытекает из всей этой истории и которое может применять каждый человек в своей повседневной жизни, независимо от образования.
Прежде чем сказать что-то утвердительно, спроси себя: я действительно это знаю или я просто повторяю услышанное? Если я действительно знаю — на чём основано моё знание? На том, что я видел сам, или на том, что я ясно понимаю в виде логической связи? Если нет ни того, ни другого — лучше спросить, промолчать или честно признаться, что я не разбираюсь.
Это правило защищает от пустословия. Оно сохраняет ясность ума. Оно удерживает от ошибок. Оно напоминает нам, что мышление — это не игра слов, а серьёзная работа с реальностью или с понятиями, которые эту реальность отражают.
И если мы научимся соблюдать это правило, мы станем мыслить яснее и честнее. Мы перестанем выдавать своё невежество за знание. Мы перестанем бояться признать, что чего-то не знаем. И мы перестанем стесняться, когда кто-то говорит нам, что мы не правы, — потому что мы будем знать, на чём стоят наши суждения.
В этом и заключается главный вывод из тех давних экспериментов, которые проводились в узбекских кишлаках. Неграмотный крестьянин, отказавшийся говорить о белых медведях, оказался не глупым, а честным. Его отказ не был признаком слабости ума — он был признаком силы, которая не позволяет человеку выдавать себя за того, кем он не является. И если мы сможем воспитать в себе такую же честность по отношению к самим себе, мы будем мыслить лучше, чем многие из тех, кто получил диплом, но так и не научился отличать знание от пустого мнения.